«Иегова — моя сила»
«Иегова — моя сила»
Рассказала Джоан Ковилл
Я родилась в июле 1925 года в Хаддерсфилде (Англия) и была единственным ребенком в семье, к тому же очень болезненным. Папа часто говорил: «Чуть ветерок дунет, ты уже и болеешь». И похоже, так оно и было!
КОГДА я была ребенком, священники горячо молились о сохранении мира. Но когда началась Вторая мировая война, они стали молиться о победе. Это приводило меня в замешательство, и у меня возникали сомнения. Именно в то время к нам домой пришла Энни Ратклифф, которая была единственным Свидетелем Иеговы в нашей местности.
Знакомство с истиной
Энни оставила нам книгу «Спасение» и пригласила маму на библейское обсуждение, которое проводилось в ее доме *. Мама попросила меня пойти с ней. Ту встречу у Энни я помню до сих пор. Обсуждался вопрос о выкупе, и, к моему удивлению, это было совсем не скучно. Я узнала ответы на многие свои вопросы. На следующей неделе мы снова пошли к Энни. На этот раз объяснялось пророчество Иисуса о признаке последних дней. Сопоставив эти объяснения с тем, что происходило в мире, мы с мамой сразу же поняли, что нашли истину. В тот же день нас пригласили в Зал Царства.
Там я познакомилась с молодыми пионерками, среди которых была Джойс Барбер (сейчас Эллис). Она до сих пор служит с мужем, Питером, в лондонском Вефиле. Я подумала, что пионерами служат все, и поэтому сразу же стала проповедовать по 60 часов в месяц, хотя еще училась в школе.
Через пять месяцев, 11 февраля 1940 года, мы с мамой крестились на зональном конгрессе (сейчас такие конгрессы называются районными) в Брадфорде. Папа не был против нашей новой веры, но сам он так никогда и не встал на сторону истины. Примерно в то же время, когда я крестилась, было введено служение на улицах. Я стала участвовать в нем, нося особую сумку с журналами и плакаты. Как-то в субботу мне поручили стоять в самом оживленном месте торгового района. В то время у меня еще был страх перед людьми, и, конечно же, как я и боялась, почти все мои одноклассники проходили именно через то место, где я стояла!
В 1940 году наше товарищество (как тогда назывались собрания) было разделено на два. После разделения почти все мои сверстники оказались в другом товариществе.
Я пожаловалась на это служителю товарищества (как тогда назывались председательствующие надзиратели). «Если тебе нужны молодые друзья,— сказал он,— то иди и проповедуй молодым». Именно так я и сделала! Вскоре я встретила в служении Элси Ноубл. Она приняла истину и впоследствии стала моей верной подругой.Пионерское служение и благословения, которые оно принесло
Закончив школу, я стала работать помощником бухгалтера. Но я видела, сколько радости получают полновременные служители Иеговы, и во мне росло желание служить пионером. В мае 1945 года я стала специальным пионером. В первый день моего служения дождь лил как из ведра. Но я была так счастлива, что могу проповедовать, что меньше всего думала о дожде. Я каждый день служила на свежем воздухе и часто ездила на велосипеде, и это благотворно сказалось на моем здоровье. Хотя я всегда была очень щупленькой и никогда не весила больше 42 килограммов, мне ни разу не пришлось из-за этого прерывать пионерское служение. Все эти годы я в буквальном смысле чувствовала, что «Иегова — моя сила» (Пс. 28:7).
Как специального пионера меня отправляли в города, где не было Свидетелей, чтобы организовывать там новые собрания. Сначала я три года служила в Англии, а затем три года в Ирландии. В Лисберне (Ирландия) я изучала Библию с помощником пастора Протестантской церкви. Узнавая истину об основных библейских учениях, он делился новыми знаниями со своим собранием. Кто-то из прихожан пожаловался на него руководству церкви, и от него, конечно же, потребовали объяснений. Он объяснил, что, как христианин, чувствовал себя обязанным рассказать членам собрания, что учил их лжи. Хотя ему сильно противодействовала семья, он посвятил свою жизнь Иегове и верно служил ему до самой смерти.
В 1950 году, когда я служила в Ларне (городе, который был моим вторым пионерским назначением в Ирландии), мне пришлось шесть недель служить одной, потому что моя напарница уехала в Нью-Йорк на конгресс «Рост теократии». Это было непростое время для меня. Я так хотела быть на том конгрессе! Правда, именно тогда со мной произошло несколько интересных случаев в проповедническом служении. Я встретила пожилого мужчину, который больше 20 лет назад получил одну из наших публикаций. За эти годы он столько раз ее перечитывал, что выучил практически наизусть. Он вместе с сыном и дочерью принял истину.
Обучение в Школе Галаад
В 1951 году меня вместе с десятью другими пионерами из Англии пригласили учиться в 17-м классе Школы Галаад, которая находилась в Саут-Лансинге (штат Нью-Йорк). Как же мне нравилось библейское наставление, которое мы получали в те месяцы! В то время сестер в собраниях еще не записывали в Школу теократического служения, а в Школе Галаад нам, сестрам, поручали выступать с учебными заданиями и отчетами. Как мы волновались!
Во время моего первого выступления у меня дрожала рука, в которой я держала записи. Преподаватель, брат Максвелл Френд, пошутил: «Ты волновалась не только в начале речи, как все хорошие докладчики, а до самого конца». В ходе обучения мы все научились более уверенно выступать перед классом. Время пролетело незаметно, и наша учеба закончилась. Мы получили назначения в разные страны. Меня назначили в Таиланд!«Страна улыбок»
Моей напарницей в миссионерском назначении в Таиланд стала Астрид Андерсон, и я считаю это подарком от Иеговы. Мы плыли туда семь недель на грузовом судне. Когда мы прибыли в столицу страны, Бангкок, то увидели город с шумными рынками и сетью каналов вместо главных дорог. В 1952 году в Таиланде не было и 150 возвещателей Царства.
Когда мы впервые увидели «Сторожевую башню» на тайском языке, у нас невольно возник вопрос: «Неужели мы когда-нибудь сможем говорить на этом языке?» Особенно трудно было произносить слова с правильным тоном. Например, если произнести слово кау́ с нисходящим тоном, оно будет означать «рис», а если произнести его с низким тоном, оно будет означать «весть». И поначалу мы, сами того не понимая, часто говорили людям в служении: «Я принесла вам хороший рис», а не «благую весть»! Но постепенно, пережив много курьезных ситуаций, мы все же одолели этот язык.
Тайцы очень дружелюбны. Таиланд не зря называют «страной улыбок». Нашим первым назначением был город Корат (известный сегодня как Накхонратчасима), где мы прослужили два года. Затем нас назначили в город Чиангмай. Большинство тайцев исповедуют буддизм и не знакомы с Библией. В Корате я проводила изучение с начальником почтового отделения. Мы говорили о патриархе Аврааме. Мужчине было известно это имя, и поэтому в ходе разговора он энергично кивал головой. Однако вскоре я поняла, что мы говорили о разных Авраамах. Начальник почты имел в виду Авраама Линкольна, бывшего президента Соединенных Штатов!
Нам нравилось учить искренних тайцев библейским истинам. Тайцы же в свою очередь научили нас тому, как вести простую жизнь и при этом оставаться счастливыми. Это было очень полезно, ведь в нашем первом миссионерском доме в Корате не было ни электричества, ни водопровода. В этих назначениях мы постигли, «каково... иметь изобилие и быть в нужде». Как и апостол Павел, мы узнали, что все нам «под силу благодаря тому, кто... [нас] укрепляет» (Флп. 4:12, 13).
Новый напарник и новое назначение
В 1945 году во время поездки в Лондон я вместе с другими пионерами и вефильцами пошла в Британский музей. В нашей группе был и Аллан Ковилл, который вскоре после этого уехал учиться в 11-м классе Школы Галаад. Его назначили сначала во Францию, а затем в Бельгию *. Позднее, когда я служила в Таиланде, он предложил мне выйти за него замуж, и я согласилась.
Мы поженились в Брюсселе (Бельгия) 9 июля 1955 года. Я всегда мечтала провести медовый месяц в Париже. Поэтому Аллан устроил так, что на следующей неделе мы поехали туда на конгресс. Однако там Аллана сразу же попросили помочь переводить программу конгресса. Каждый день ему нужно было уходить из дома рано утром, и возвращались мы туда, где остановились, лишь поздно вечером. Итак, я провела медовый месяц в Париже. Правда, Аллана я видела в основном издалека: он был на сцене! И все же мне было приятно, что мой муж так полезен в служении братьям и сестрам. Я нисколько не сомневалась, что, если главное место в нашем браке будет занимать Иегова, мы будем по-настоящему счастливы.
Вступив в брак, я получила и новое поле для проповеди — Бельгию. Я не знала о Бельгии почти ничего, за исключением того что она становилась полем битвы в нескольких войнах. Но очень быстро я поняла, что бельгийцы в своем большинстве очень миролюбивые люди. Новое назначение также подразумевало, что мне придется учить французский язык, на котором говорят в южной части страны.
В 1955 году в Бельгии было около 4 500 возвещателей. Почти 50 лет мы с Алланом служили в Вефиле и в разъездной работе. Первые два с половиной года мы в любую погоду колесили по холмам и долинам на велосипедах. За годы служения нам довелось ночевать более чем в 2 000 домах Свидетелей! Часто я встречала братьев и сестер, которые не были крепкими физически, но при этом отдавали все свои силы служению Иегове. Их пример поддерживал меня и помогал не сдаваться в служении. Каждый раз, когда заканчивалась очередная неделя посещения собрания, мы чувствовали себя окрыленными (Рим. 1:11, 12). Аллан оказался настоящим другом. Как же верны слова, записанные в Экклезиасте 4:9, 10: «Двоим лучше, чем одному... Ведь если один упадет, другой поднимет своего товарища»!
Я счастлива, что все годы служения Иегова был моей силой
На протяжении всех этих лет у нас с Алланом было много прекрасных возможностей помогать другим служить Иегове. Например, в 1983 году мы посещали французское собрание в Антверпене. Мы остановились у одной семьи, где также жил Бенжамен Бандивила, молодой брат из Заира (сейчас это Демократическая Республика Конго). Бенжамен приехал в Бельгию учиться. Он сказал нам: «Я вам завидую, потому что ваша жизнь полностью сосредоточена на служении Иегове».— «Ты говоришь, что завидуешь нам,— ответил ему Аллан,— а сам при этом стремишься сделать карьеру в этом мире. Тебе не кажется, что ты противоречишь сам себе?» Эти прямые слова заставили Бенжамена задуматься о своей жизни. Позднее, вернувшись в Заир, он стал пионером. Сегодня он служит членом Комитета филиала.
В 1999 году я перенесла операцию: у меня удалили язву в пищеводе. С того времени я вешу всего 30 килограммов. Вот уж поистине хрупкий «глиняный сосуд»! Но я благодарна Иегове за то, что он дает мне «силу, превышающую обычную». Он позволил мне после операции вновь сопровождать Аллана в разъездном служении (2 Кор. 4:7). В марте 2004 года Аллан умер во сне. Мне очень его не хватает, но я знаю, что он в памяти у Иеговы, и это меня утешает.
Сейчас мне 83 года, и 63 из них я провела в полновременном служении. Мне все еще удается активно проповедовать: я провожу изучение Библии у себя дома и пользуюсь любой возможностью каждый день говорить о прекрасных замыслах Иеговы. Иногда я спрашиваю себя: «Какой была бы моя жизнь, если бы в 1945 году я не стала пионеркой?» Тогда слабое здоровье казалось веской причиной, чтобы не начинать пионерское служение. Но как же я счастлива, что начала его в молодости! Так я на собственном опыте узнала, что если мы ставим Иегову на первое место в жизни, то он будет нашей силой.
[Сноски]
^ абз. 6 Книга «Спасение» была издана в 1939 году. Больше не печатается.
^ абз. 22 Биография брата Ковилла была напечатана в «Сторожевой башне» от 15 марта 1961 года, англ.
[Иллюстрация, страница 18]
С напарницей по миссионерскому служению Астрид Андерсон (справа)
[Иллюстрация, страница 18]
В разъездном служении с мужем. 1956 год
[Иллюстрация, страница 20]
С Алланом в 2000 году